Диксон – снежной Арктики столица, глава 3-3

Читать предыдущую главу

Штаб морских операций

Как мы уже отмечали, одной из основных функций Диксонского СЦГМС является гидрометеорологическое обеспечение плавания судов на западном участке Северного морского пути. Многие десятилетия задача гидрометобеспечения решалась в неразрывной связи со Штабом морских операций.

В марте 1939 года XVIII съезд ВКП (б) принял постановление: «Превратить к концу третьей пятилетки Северный морской путь в нормально действующую водную магистраль, обеспечивающую связь с Дальним Востоком».

В июне 2005 года в Санкт-Петербурге состоялся Международный экономический форум по проблемам сотрудничества в Арктике. Запасы недр на земной суше подходят к концу и человечество обращает пристальное внимание на богатство шельфов арктических морей и их побережья. Для их освоения непременным условием является создание циркумполярной инфраструктуры, особенно транспортной. Северный морской путь должен быть превращен в транспортную магистраль, интегрированную в мировую систему. Некоторые планы правительства России в этом направлении предоставил на форуме министр иностранных дел Сергей Лавров.

Эти два события разделяют 66 лет. Чем наполнены эти годы? Какое место занимали и занимают специалисты Диксона в решении важнейшей для развития полярных районов и мировой экономики задачи?

Северный морской путь (СМП) – это важнейшая часть инфраструктуры экономического комплекса Крайнего Севера, стержень арктической морской транспортной системы (АМТС) и кратчайший водный путь между портами Европы и стран Азиатско-Тихоокеанского региона. В целях оперативного управления движением флота по СМП он делится на Западный и Восточный районы:

– Западный район – от западных входов в Новоземельские проливы и м. Желания (Новая Земля) до меридиана 125° в.д. с включением акватории архипелага Земли Франца Иосифа, а также участков – реки Енисей до п.Игарка, р.Хатанга до п.Хатанга и Обской губы до м.Каменный;

– Восточный район – от 125° в.д. до Берингова пролива с включением участков реки Колыма до п.Зеленый Мыс.

Важнейшими составляющими АМТС «Северный морской путь» являются ледокольный, транспортный, аварийно-спасательный флоты, морские порты, навигационно-гидрографическое обеспечение, радиосвязь, органы управления морскими операциями (администрация СМП, штабы морских операций) и система гидрометеорологического обеспечения.

Эффективность и безопасность судоходства на Северном морском пути в значительной степени зависит от полноты и качества оперативной гидрометеорологической информации, используемой при планировании, управлении и осуществлении морских операций. Об этом свидетельствует вся история освоения Арктики, от первых плаваний до сегодняшнего дня. Основными гидрометеорологическими факторами, лимитирующими судоходство, являются ледяной покров и волнение моря, а в устьях рек к ним добавляется и уровень моря.

На трассах СМП круглогодично располагаются льды. Очищения всего СМП ото льда не происходит. Учет текущих и ожидаемых ледовых условий при планировании морских операций, выборе оптимальных сроков их проведения и выборе оптимального пути плавания во льдах крайне важен. Отсутствие необходимой ледовой информации при проведении морских операций значительно снижает их эффективность, а в ряде случаев исключает возможность их проведения.

Современные арктические навигации берут свое начало в 1935–1940 гг. Здесь же пример тяжелых последствий ошибок в оценке ледовых условий и подсчетов в подборе руководства морскими операциями. В этом отношении особое место в истории СМП занимает навигация 1937 года.

Начальником морских операций в Западном районе Арктики в этот год был назначен начальник Мурманского теруправления Ковель. Ориентировочный прогноз Межведомственного бюро ледовых прогнозов был составлен в декабре 1936 года, 15 марта и 15 мая 1937 года дано уточнение. Несмотря на то, что в Бюро прогнозов, организованного в 1935 году под председательством О.Ю. Шмидта, работали такие видные специалисты в области ледовых и синоптических прогнозов, как Н.Н. Зубов, В.Ю. Визе, Б.Л. Дзерзиевский, прогноз ледовитости в восточной части Карского моря и западной части моря Лаптевых не оправдался. Ковель, не располагая опытом по проведению арктических навигаций, в сложных ледовых условиях принимал неверные решения и противоречивые рекомендации. В итоге на зимовку в Арктике осталось 25 транспортных судов и почти весь ледокольный флот, из них в море Лаптевых и проливе Вилькицкого зимовало 17 судов.

Обеспечение зимовавших судов и их вывода изо льдов в навигацию 1938 года прогнозами погоды осуществляло Бюро погоды Диксона.

26 июля 1934 года в бухту Диксон вошел гидрографический бот «Циркуль», на котором находились синоптики и радисты первого открывшегося в Арктике Бюро погоды. Уже через несколько дней, когда с запада подходили морские суда во главе с л/п «Сибиряков», а в Усть-Енисейском порту готовился к полету на ледовую разведку самолет, радиостанция Диксона передала в эфир первый прогноз погоды по Карскому морю. С тех пор ежедневно круглый год в Бюро погоды о. Диксон составляются 28 синоптических карт и прогнозы погоды по территории 1050510 кв.км. Для составления синоптических карт сегодня используются данные около 200 метеорологических станций. Кроме морского и речного флота, фактической и прогностической метеорологической информацией обеспечивались рыбное хозяйство, гидрографические службы, морские порты Дудинка и Диксон, Хатанга, оленеводство Хатангского района, многочисленные экспедиции, экспериментальные рейсы караванов судов в ранние и поздние сроки навигации. Важнейшей частью работы синоптиков является составление штормовых предупреждений об опасных и неблагоприятных явлениях с целью недопущения чрезвычайных ситуаций.

Если в первые годы Бюро погоды состояло всего из двух синоптиков (Д.А. Дрогайцев и В.А. Лысяков), то в 80-е годы это был большой коллектив инженеров-синоптиков: В.П. Губарева, П.Б. Долинская, Т.А. Оболонская, И.Г. Бардин, В.П. Власенко, В.П. Ковалев, М.Н. Мартыненко, Т.М. Мартыненко, Т.А. Москвина, Л.А. Курбанова, Т.Е. Липьянен, Г.П. Емелина, Ю.Н. Емелин, А.С. Рудяев, А.А. Наумова, А.В. Барышников, В.А. Полухин и техников-метеорологов: В.В. Филиппенко, Н.П. Барышникова, А.Н. Егорова, Г.А. Рудяева, М.И. Агапова, Г.А. Муравьева, А.И. Суткус, Г.П. Пономарева, Н.В. Игумнова, Н.И. Ткачева, З.А. Ивина, Н.З. Евиченко, Т.П. Воробьева, Т.А. Полякова, Н.И. Роденко. В эти же годы на смену старшего поколения прибыли новые специалисты: Н.А. Иванов, И.Н. Жигарева, Н.М. Перцева, Т.А. Пауль, В.М. Петров, В.М. Лавров и многие другие.

За последние 25 лет в Диксонском Бюро погоды 24 женщины прошли обучение по специальности техника-метеоролога и работали около 10 лет М.С. Лысаковская, Н.Д. Иванова, О.И. Калинина и Н.В. Игошина. В то же время прошли стажировку и подготовлены 20 синоптиков – В.Ю. Бурмистров, А.И. Бакун, И. Малкова, и В.Ю. Цепелев, которые внесли большой личный вклад в автоматизацию трудоемких работ Бюро погоды.

С 1965 по 1990 гг. синоптическая группа Диксонгидромета обеспечивала фактической и прогностической информацией авиацию непосредственно на так называемой ледовой базе – огромном ледовом поле, расположенном на расстоянии 100-150 км от Северного полюса, где создавался ледовый аэродром для проведения исследовательских работ в Центральной Арктике. В экспедиции на ледовую базу направлялись М.Н. Мартыненко, В.П. Власенко, В.М. Петров, Н.А. Иванов, В.П. Ковалев, В.Ю. Бурмистров, Д.П. Олейников, А.В. Барышников.

Помимо оперативного метеорологического обеспечения, в Бюро погоды проводились испытания расчетных методов и исследования регионального характера. В 90-е годы особое внимание уделялось автоматизации трудоемких работ. Внедрение в 1998 году программы автоматизированного построения аэросиноптических карт и в 2003 году системы Трансмет позволило оптимизировать состав сотрудников. В настоящее время под непосредственным руководством Н.А. Иванова несут вахты опытные специалисты: Л.А. Курбанова, Т.А. Москвина, И.Г. Косолапов, В.Ю. Копылова и техник-метеоролог Н.В. Юрченко.

Общее руководство работой Бюро погоды осуществляет главный синоптик М.Н. Мартыненко, приехавший на Диксон 32 года назад.

До 1939 года в практике руководства навигацией было известно несколько организационных принципов. С 1927 года на ведущем судне (ледоколе) Карской экспедиции находился Штаб морских операций и начальник экспедиции. С 1935 года появились начальники морских операций Западного и Восточного районов СМП. Они также находились на ведущих ледоколах, откуда руководили проводкой судов.

В 1939 году руководство морскими операциями в Западном районе возглавил начальник Главсевморпути И.Д. Папанин, которого в самом начале 1938 года сняли с льдины, так как дрейфующую станцию «Северный полюс» выносило в Гренландское море. Начальником Штаба морских операций был Н.А. Еремеев. В состав штаба входила научно-оперативная группа, состоявшая из гидролога М.М. Сомова и синоптика Д.А. Дрогайцева. Синоптические данные им готовили специалисты Бюро погоды Диксона, которое возглавлял Н.В. Шацило.

Арктическая навигация 1939 года была первой современной навигацией. В ее организации и проведении имелись все элементы, характерные и для навигаций периода 1960–1996 гг.: четкая система руководства, организованные судовые и авиационные ледовые разведки, научное обеспечение, базирующееся на сети полярных станций, ледокольное обслуживание. При подведении итогов навигации 1939 года в числе передовых коллективов Советским правительством был отмечен коллектив полярной станции о. Диксон.

В 1940 году долгосрочное прогнозирование ледовых условий в арктических морях окончательно возложено на Арктический институт, где была создана служба ледовых прогнозов. Согласно прогнозу, который в основном оправдался, ледовые условия в морях Западного района ожидались тяжелыми. Действительно, в середине июля, когда был готов первый караван с запада на Диксон, Новоземельские проливы были блокированы сплоченными льдами. Используя данные ледовой авиаразведки, начальник морских операций М.И. Шевелев направил караван, состоявший из четырех судов, в обход Новой Земли, через мыс Желания, который 28 июля благополучно прибыл в порт Диксон. Проводка каравана вокруг м. Желания открыла новый путь плавания судов. На судах каравана на о. Диксон прибыла научно-оперативная группа Арктического института под руководством И.Г. Овчинникова. На Диксоне в нее были включены синоптики Бюро погоды В.В. Фролов и А.Н. Петрова, а также гидролог полярной станции Диксон А.Г. Дралкин. Специалисты группы, к которым позже присоединился М.М. Сомов, составляли обзоры погоды, обрабатывали донесения полярных станций и ледовой авиаразведки, составляли краткосрочные ледовые прогнозы. Вся информация передавалась по радио в Штаб морских операций, который, как и годом раньше, размещался на ледоколе «И.Сталин».

С началом навигации 1941 года Штаб морских операций впервые обосновался на Диксоне, куда работники штаба прилетели из Москвы самолётом. На ледоколе же «И. Сталин» находился только заместитель М.И. Шевелева А.И. Минеев. По окончании навигации штаб на одном из ледоколов перебрался в Архангельск. А в 1942 году работников штаба по воздуху доставили сначала на полярную станцию Усть-Кара в юго-западной части Карского моря, а затем самолётом ледовой разведки на Диксон. Начальником морских операций был А.И. Минеев, начальником штаба Н.А. Еремеев, старшим синоптиком В.В. Фролов, гидрологом М.М. Сомов.

Ареф Иванович Минеев (1901–1973) был известен как опытный полярник. В конце двадцатых – начале тридцатых годов он пять лет бессменно возглавлял полярную станцию на острове Врангеля. Когда в 1932 году к острову не смогло пробиться для смены зимовщиков ни одно судно, сотрудников станции вывезли на самолёте, Ареф Иванович с женой отказались покинуть зимовку. Смену доставил им только в 1934 году ледокол «Красин». Минееву довелось затем директорствовать в Институте народов Севера, руководить Московским филиалом Арктического института. Добрый след он оставил и на Диксоне, где принял участие в организации обороны в августовские дни 1942 года.

В летопись Диксона и Штаба морских операций вписано имя и ещё одного полярника – Михаила Михайловича Сомова (1908–1973). Кто мог подумать, что скромный и по тому времени молодой учёный, прилетевший перед войной на Диксон из Ленинграда, а потом зимовавший здесь, приобретёт в дальнейшем мировую известность. Тридцать лет отдал М.М. Сомов полярным широтам – северным и южным. Принимал участие в бесчисленных полётах над ледяными просторами, посадках на дрейфующие приполюсные льды, участвовал в октябре 1945 года в первом послевоенном полёте на Северный полюс, руководил коллективом зимовщиков станции «СП-2», работал в Центральной Арктике в составе «прыгающих» научных отрядов. А в 1955–1957 годах доктор географических наук Сомов возглавил первую советскую антарктическую экспедицию. Золотая Звезда Героя Социалистического Труда, три ордена Ленина, ордена Трудового Красного Знамени и Красной Звезды, ряд высших научных наград нескольких государств и в их числе Золотая медаль «Вега» шведского Королевского общества антропологии и географии – таково признание его заслуг. Всего не перечислить!..

Заслуги учёного отмечены и в топонимике: в Антарктиде его имя носит ледник на Земле Королевы Мод и море Тихоокеанского сектора Южного океана. Наконец, оно начертано на борту экспедиционного судна активного ледового плавания, сменившего знаменитую «Обь». НЭС «Михаил Сомов» и сегодня совершает рейсы в Арктику, выполняя экспедиционные работы и снабжая полярные станции.

А началось всё с 1938 года, когда Михаил Сомов впервые отправился в Арктику для участия в авиаразведке и составления ледовых прогнозов по Карскому морю и морю Лаптевых. Довелось ему в то время побывать на многих полярных станциях. С Диксоном Сомов познакомился, когда на следующий год на ледоколе «И. Сталин» принял участие в двойном сквозном рейсе по трассе Северного морского пути, совершённом в одну навигацию.

В ноябре 1941 года М.М. Сомов получил назначение в Штаб Беломорской военной флотилии для гидрологического обслуживания ледовых операций, а весной 1942 года переброшен сначала в Усть-Кару, а затем на Диксон. В октябре его откомандировали в Красноярск, для работы в Арктическом институте, который был эвакуирован сюда из Ленинграда. В мае 1943 года Сомов был вновь направлен на Диксон, где потом зимовал вместе с семьёй. Осенью 1944 года через Архангельск Сомов вернулся в Ленинград. Так закончился «диксонский период» его жизни.

Надо сказать, что Михаил Михайлович всегда с большой теплотой вспоминал свою работу на Диксоне. Писатель З.М. Каневский, в прошлом гидрограф-полярник, поделился своими впечатлениями о встрече с Сомовым, когда работал над своей очередной книгой. Он попросил Михаила Михайловича поделиться сведениями о работе на «СП-2». Учёный представил в распоряжение писателя «вахтенный журнал» этой станции, заметив при этом: «У вас сейчас «СП-2» на уме, а я, признаться, всё больше 1942 год вспоминаю, Диксон, бой с немецким линкором».

«Диксон не вызывал того манящего интереса, с которым связано посещение незнакомого места, но с Диксоном у меня связано нечто большее, – писал М.М. Сомов. – Там я побывал в 1938 году, прожив около двух недель в томительном ожидании самолёта, на котором должен был лететь на ледовую разведку. Здесь жили друзья, с которыми я не только коротал свободные минуты, но и трудился плечом к плечу на всех авральных работах. Наконец, Диксон был местом моего первого знакомства с Арктикой. Словом, уже тогда в слове «Диксон» для меня было что-то родное и близкое. В то время, конечно, я не подозревал, что с Диксоном судьба свяжет меня на долгие годы, что здесь мне придётся бывать ежегодно на протяжении семи лет и однажды провести там длительную полярную ночь. Позднее на моих глазах в жизни острова совершались большие события. Расширялась полярная станция, создавался настоящий аэропорт, строились порт, новые дома, росло население.

Я видел Диксон, поглощённый мирным созидательным трудом. Видел его и под огнём вражеских снарядов, готовым принять неравный бой с противником. Здесь я встречал друзей с безжалостно расстрелянных и сожжённых полярных станций, чудом спасшихся с потопленных немцами судов. Отсюда сам не раз уходил, провожаемый друзьями, в плавание, которое легко могло стать для меня последним. Здесь проводил я бессонные ночи, с тревогой следя за сигналами с наших самолётов, обследующих море на пути караванов».

С тех пор, как М.М. Сомов расстался с Диксоном, прошёл не один десяток лет. Но все эти годы Диксон – его порт, Штаб морских операций, радиометеоцентр, подразделения гидрометслужбы, гидробаза, другие учреждения «столицы» Арктики – бессменно несли напряжённую вахту. И, конечно, наряду со всеми выполнял важную оперативную работу Штаб морских операций, который не случайно позаимствовал своё название у военных.

Читать следующую главу

Share and Enjoy:
  • Print
  • Digg
  • StumbleUpon
  • del.icio.us
  • Facebook
  • Yahoo! Buzz
  • Twitter
  • Google Bookmarks
Запись опубликована в рубрике История. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *