Диксон – снежной Арктики столица, глава 4-2

Читать предыдущую часть

В море, на льду и на карте

Многим читателям может показаться, что ко второй половине ХХ века на нашей матушке-земле и морях, омывающих её берега, всё уже открыто, географические объекты уже получили свои названия. Это далеко не так. Во второй половине последнего столетия многие сотни островов, мысов, проливов в Арктике обрели свои имена.

Планомерное изучение возможностей плавания и освоения Северного морского пути началось после Октябрьской революции с первых декретов Советской власти, касающихся Севера.

В планах строительства арктической морской трассы важное место отводилось Диксонской гавани.

Существенное значение имело то, что гавань располагалась у выхода в Северный Ледовитый океан крупнейшей сибирской реки Енисей.

В 1961 году по решению Диксонского райисполкома безымянный пролив между островами Самуила и Большой получил название «Пролив Диксонских гидрографов».

О масштабах работы диксонских гидрографов свидетельствуют следующие данные. В 1984 году, когда отмечали на Диксоне 40-летие, её коллектив насчитывал более ста человек. Гидробаза обслуживала участок трассы протяжённостью в генеральном направлении около 1100 километров, 45 радиомаяков и свыше 300 навигационных знаков.

Вот что пишет о гидрографах Зиновий Каневский: «Славная арктическая гидрография! Как много она делает и как мы мало знаем об этом. Ведь, в сущности, только благодаря полярным гидрографам могут без опаски ходить корабли Северным морским путем. Именно гидрографы, можно сказать, потом и кровью проложили гигантскую трассу. Они облазили, обшарили, нанесли на карту все бухты и бухточки, заливы и проливы Арктики, промерили глубины. Разведали подходы к удобным якорным стоянкам, к портам. Гидрографы всегда составляли основу основ любой полярной экспедиции, без них было бы немыслимо исследование и освоение Арктики, их работа столь же необходима, как работа синоптика, ледового разведчика…».

Северный морской путь для своего нормального использования нуждается в постоянном изучении, уточнении данных о навигационной обстановке, установке навигационных знаков и многом другом. Всем этим занимается полярная гидрография. Диксонская гидрографическая база была организована 1 января 1944 года приказом по Гидрографическому управлению ГУСМП. Первым начальником гидробазы стал Сергей Николаевич Зубов. За время существования гидрографической базы её руководителями были С.Н. Зубов, А.Д. Копаневич, Г.С. Михеев, И.А. Долгушин, Н.М. Алеев, П.Я. Михаленко, В.С. Алексеев, В.В. Родионов, К.Ю. Мирошниченко. В состав вошли: гидрорайон со всеми средствами навигационного оборудования; диксонская гидрографическая экспедиция; экспедиция полуострова Михайлова и экспедиция на гидрографическом судне «Норд»; гидрографические судна «Циркуль» и «Мурманец».

Об этих трёх судах Диксонской гидробазы следует сказать особо. «Циркуль» до 1932 года носил название «Иней». Построен был в Норвегии в 1908 году. В том же году пришёл в Архангельск, а в 1918-м направлен на Енисей. С тех пор 40 лет судно участвовало в гидрографических работах в юго-восточной части Карского моря. В 1934 году имя «Инея» было присвоено проливу в шхерах Минина, «Циркуля» – острову у полуострова Минина.

Гидрографическое судно «Мурманец» имеет ещё более интересную биографию. Бывший зверобойный крохотный (143 регистровых тонны) бот постройки 1929 года оставил большой след в исследовании Арктики.

В 1938 году он участвовал в экспедиции по снятию с дрейфующей льдины четвёрки папанинцев, в 1940 году – в выводе из ледового плена «Г. Седова», за что удостоился ордена Трудового Красного Знамени. В годы войны, вооружённый двумя пулемётами, вёл ледовую и оперативную разведку, спасал людей с терпящих бедствие судов, действовал в составе полярных конвоев. Пять географических объектов в Арктике – на Новой Земле, Земле Франца-Иосифа, в море Лаптевых – носит имя «Мурманца».

И хотя и «Циркуль», и «Мурманец» не отличались молодостью и новизной, гидрографы Диксона гордились тем, что им пришлось работать на таких заслуженных судах. «Норд», в отличие от них, не имел такой яркой биографии, зато носил название, присвоенное в честь другого «Норда», который вступил в строй в 1939 году. В августе 1944 года севернее острова Белуха его потопила вражеская подводная лодка.

24 августа 1944 года гису79 «Норд» (капитан В.В. Павлов80) погиб в бою с фашистской подводной лодкой, и ему на смену в Диксонскую гидробазу пришла «Якутия». Её капитан А.В. Марышев прослужил на Диксоне до 1962 года. В его честь в 1990 году назовут гидрографическое судно.

Ещё до образования гидробазы «Якутия» была на устах диксонских гидрографов. В августе 1942 года это судно участвовало в спасении экипажа и научных работников, потерпевших бедствие на гису «Профессор Визе». Получив повреждение во время жестокого шторма в море Лаптевых, гису затонуло к северо-востоку от мыса Буор-Хая. В августе следующего года «Якутия» направилась с Диксона в бухту Зимовочная (залив Фаддея на восточном берегу Таймыра), где находилась экспедиция во главе с О.А. Козловичем, занимавшаяся промерными работами, и осталась там зимовать. Осенью 1944 года при попытке выйти из так и не вскрывшейся летом бухты судно обломало лопасти винта и… встало на вторую зимовку.

В 1945 году «Якутию» сменил «Исследователь», а «Мурманец» вернулся в Архангельск. Таким образом, в распоряжении диксонских гидрографов остались два судна: «Исследователь» и «Циркуль».

Нижнеенисейская гидрографическая экспедиция 1928–1929 годов выполнила исследования, на материалах которых были изданы первые подробные навигационные карты. Экспедиция впервые в Арктике установила здесь металлические навигационные знаки.

С 1947 года в гидрографию стали поступать суда послевоенной постройки типа «Лот». Это были переоборудованные для исследовательских работ промысловые суда. Великолепные на открытой воде, они оказались не очень пригодны для работы в Арктике. Тонкие борта их требовали аккуратной работы во льдах и не позволяли оставаться на зимовку. В 1955 году появилась новая серия гидрографических судов типа «Меридиан». Прочные, простые в обслуживании, они смело заходили в неизученные районы и не боялись зимовок во льдах. Гису этой серии – «Маяк» и «Створ» – направили на Диксонскую гидробазу.

В послевоенные годы гидрографы Диксона продолжили планомерное изучение Карского моря, устьев рек Обь и Пясина. Основным видом гидрографических исследований становится промер со льда. Гидрографам приходится жить в палатках, перенося их каждые 3–4 дня на новое место.

Для передвижения по льду использовались собачьи упряжки. На Диксонской гидробазе содержалось 120 ездовых собак, 10 каюров – по одному на упряжку. Собаки состояли на государственном довольствии и те, которые выживали в экспедициях, отдыхали на промысловых охотничьих станциях. На собачьих упряжках диксонские гидрографы проработали с 1944-го по 1960 год. Последним каюром на Диксонской гидробазе был Иван Низовцев.

Знаменитый исследователь Арктики профессор В.Ю. Визе так отзывался о четвероногих участниках полярных экспедиций: «Поистине мученики Севера, эти полярные собаки! Ведь без их самоотверженной работы человечество не могло бы гордиться такими грандиозными открытиями, как достижения обоих земных полюсов!». Немало географических объектов в Арктике названо в память о собаках – верных друзьях полярников: в архипелаге Норденшельда, например, это острова Корсар, Тугут, Грозный, Казак, Чабак, Матрос.

Для облегчения условий работы гидрографы проявляли инициативу, вносили рационализаторские предложения. Так, механик В.П. Казанцев предложил новую конструкцию бурового устройства, которая стала впоследствии известна всей стране как «Ручная буровая машинка Казанцева», которая до сих пор используется на полярных станциях для измерения толщины ледяного покрова.

Талантливый изобретатель-самоучка В.П. Казанцев прибыл на Диксон из Архангельска в 1943 году в составе гидрографической экспедиции и проработал на гидробазе до своей кончины в 2002 году. Сконструированная Василием Павловичем Казанцевым бурильная установка для промеров глубин со льда с приводом от двигателя монтировалась на гусеничном вездеходе ГАЗ-47. Изобретение диксонского механика заинтересовало кафедру гусеничных машин Горьковского политехнического института. В результате совместной работы была создана серия из четырёх бурильно-гидрографических машин. За десять первых лет экспедиции бессменными операторами этих буровых установок были Ю.Н. Ворожцов, В.Н. Миронов, В.Н. Нестеренко.

В создании буровой установки принимал участие также главный инженер гидробазы Иван Алексеевич Долгушин, который начал свою трудовую жизнь в годы военного лихолетья в цехе одного из уральских военных заводов и по окончании после войны ЛВИМу им С.О. Макарова прибыл на работу на Диксонскую гидробазу.

Инженер-механик С.Л. Филиппов создал в 1966 году новый вариант буровой установки, приспособленного для монтажа на серийных вездеходах. Установка практически полностью механизировала процессы бурения и взятия глубин. Последние «штрихи» в создание бурильного комплекса внёс в 1973 году С.В. Алексеев.

О том, насколько возросли возможности гидрографов в результате появления на свет буровой машины и её применения в работе, убедительно показал начальник полярной гидрографии А.К. Жилинский: «Механизирован и наиболее трудоёмкий вид гидрографических работ – промер со льда. Если раньше глубины моря измерялись ручным лотом через лунки во льду, пробитые с помощью пешни, то теперь по ледяным просторам движутся специальные бурильно-гидрографические машины, оснащённые полугирокомпасами, бурильными агрегатами и электрическими вьюшками для измерения глубин».

В конце 1958 года Диксонская гидробаза выполнила промер глубин вдоль побережья Таймырского полуострова от полуострова Оскара до мыса Челюскин. Экспедицию возглавлял В.А. Троицкий . Промерные партии размещались в балках 83 на 17 человек каждый с двойным утеплением и четверо грузовых саней, а также сани-баня. На одни сани погрузили тёплый войлочный котух (домик) для собак. В одном балке размещалась радиостанция, а в другом камбуз и столовая. Оба балка использовались также для жилья.

Порядок движения установился следующий: впереди следовал вездеход ГАЗ-47 с вахтенными штурманом-гидрографом. Он определял направление движения и отвечал за безопасность маршрута. За ним следовали тракторы. Если застревала колонна, делал необходимые перецепки, и движение производилось применительно к условиям обстановки. В середине дня поезд останавливался на обед и профилактику техники, а собаки выпускались на разминку. Вначале собаки очень неохотно возвращались в грохочущий на ходу котух, потом привыкли.

После обеда производилась смена водителей. Ночевали в местах, где имелся плавник, служивший топливом. В среднем в течение суток поезд находился в пути 12–14 часов. Отряд преодолевал широкие трещины в условиях плохой видимости.

Об этом даёт представление краткий рассказ И.А. Долгушина: «Чтобы не потеряться в снежной круговерти, привязывал себя длинной верёвкой к капоту машины. Если бы кто-нибудь со стороны мог наблюдать эту картину, то страшно бы удивился: изогнувшийся против ветра человек на верёвке «тащил» за собой вездеход. Следом, соблюдая минимальную дистанцию, лишь бы видеть мгновенно заносимый след, надрывно ревели трактора, на прицепе у которых шли балки и сани с грузами. Немало хлопот доставляли переправы через дымящиеся на морозе трещины»84.

Иван Алексеевич Долгушин (1926–1975) провёл на Таймыре большую часть своей жизни, пройдя путь от рядового инженера до начальника Диксонской автобазы. Его именем назван один из мысов в Карском море.

В конце марта 1959 года экспедиция прибыла на мыс Челюскин. Тысячекилометровый путь был успешно пройден.

Экспедиция 1959–1960 годов стала переломным этапом. Появилась методика работ, отвечающая современным требованиям и позволявшая детально обследовать самые удалённые районы. От собачьих упряжек можно было теперь отказаться навсегда. С 1957-го по 1962 год гидробазой руководил Георгий Степанович Михеев, при котором сформировался коллектив, первым в системе морского флота завоевавший в 1962 году почётное звание «Коллектив коммунистического труда». Именно Г.С. Михеев дал путёвку в жизнь мощным гидрографическим отрядам. Его имя было присвоено в 1990 году гидрографическому судну нового поколения.

С 1963-го по 1969 год Диксонскую гидробазу возглавлял старейший гидрограф Павел Яковлевич Михаленко. Участник многих экспедиций и создания геодезической сети, являющейся основой морских карт. Под его руководством были детально обследованы острова Сергея Кирова. Мягкий и добрый человек и в то же время жёсткий и требовательный руководитель, великолепный воспитатель и наставник подчинённых, он пользовался неизменным уважением и любовью товарищей, многие из которых пошли на повышение и стали сами руководить базами и экспедициями.

П.Я. Михаленко отдал Арктике не один десяток лет. Он пришёл сюда в 1935 году, а на Диксон в 1943 году. На карте западных арктических районов проще перечислить те места, где бы Михаленко не зимовал или не трудился. И всё же упомянем Индигирку, Яну, Лену, Таймыр, Северную Землю и Землю Франца-Иосифа. Укажем также Белое и Баренцево моря.

В сентябре 1985 года на юбилейной сессии Диксонского райсовета, которая была посвящена 70-летию полярной станции и посёлка, П.Я. Михаленко было присвоено звание почётного гражданина Диксона. К этому времени исполнилось четверть века его работы в Штабе морских операций Западного района Арктики по гидрографическому обеспечению судоходства.

В 1969 году гидробазу принял Владимир Сергеевич Алексеев, который посвятил Диксону свыше 25 лет. Организатор и участник ряда экспедиций, инициатор многих начинаний. По результатам работ с его участием издано 11 адмиралтейских номеров морских карт и одно пособие для плавания в Карском море. Многие гидрографы по праву считают Владимира Сергеевича своим учителем. Двое из них впоследствии руководили Диксонской гидробазой. При В.С. Алексееве кардинально изменились жилищные условия гидрографов. Первый 48-квартирный жилой дом в Арктике был построен для гидрографов. Резко возрос в те годы объём гидрографических исследований, и по промеру со льда гидробаза занимала в Арктике лидирующие позиции. По инициативе В.С. Алексеева на гидрографических работах стал использоваться вертолёт. С помощью Ми-8 не только перебрасывали грузы и людей, но и использовали его для постройки знаков, монтажа радиоизотопных генераторов, а также для работы по промеру со льда.

Не удивительно, что в ознаменование заслуг Владимира Сергеевича Алексеева (1929–1994) его именем назван пролив в архипелаге островов Каменных (Пясинский залив), там, где замечательному диксонскому гидрографу приходилось не раз бывать во время своих многочисленных экспедиций.

Диксонская гидробаза сохранила память о многих замечательных моряках-гидрографах, исследователях, первопроходцах, самоотверженно трудившихся во имя обеспечения безопасности мореплавания. Один из них – Вильямс Янович Лескинен. Он, писал гидрограф и историк С.В. Попов, «не занимал больших постов, не имел высоких званий и наград, не отличался представительной внешностью. Рядовой, скромный труженик, каких тысячи прошли через Арктику, он прожил большую и содержательную жизнь»85.

Всё было в жизни В.Я. Лескинена: участие в революционном движении, в гражданской войне, служба кочегаром и политруком на лоцманском судне и смотрителем маяка, работа в Убекосибири и в качестве начальника полярной обсерватории Маточкин Шар. Тюремные застенки в период интервенции на Севере и ГУЛАГ. И окончание в 46 лет Высшего военно-морского училища имени М.В. Фрунзе.

Имя заслуженного гидрографа пополнило список топонимических памятников в Арктике, на карте которой есть остров в архипелаге Норденшельда, обнаруженный им самим в 1942 году.

Многие годы жизни отдал работе на Диксоне, а затем в Хатанге Владлен Александрович Троицкий – человек чрезвычайно требовательный к себе и другим, обладавший пытливым умом и неуёмной энергией. С исследовательскими целями он исходил и изъездил Таймыр, его побережье и прилегающие острова вдоль и поперёк. Во многих случаях Троицкий уточнил и дополнил карту полуострова. Более того, он лично предложил свыше трёхсот новых названий. В.А. Троицкий посетил многие из тех мест, где гидрографы обнаружили остатки древних поселений, следы мореходов прошлых веков, экспедиции В.А. Русанова. Ему принадлежит заслуга в публикации многих археологических источников, найденных в архивах, в том числе дневников Харитона Лаптева, записок штурмана экспедиции Г.Л. Брусилова Валериана Альбанова, обнаруженных на острове Таймыр, письма А.Э. Норденшельда от 17 августа 1878 года и других документов. Владлен Александрович стал кандидатом географических наук, автором ряда публикаций об Арктике.

Опыт диксонских гидрографов позволили Гидрографическому предприятию (так с 1957 года стала называться полярная гидрография) развернуть Гидрографическую экспедицию на Северной Земле, бессменным руководителем которой был И.И. Чевыкалов. Результатом работ этой экспедиции стало полное обследование прибрежных районов этой труднодоступной области Арктики.

В 1969 году начато развертывание радионавигационной системы дальнего действия – РСВТ86. Появление этой системы позволило гидрографическим судам перейти к систематическим промерам в высоких широтах Карского моря и обеспечить точной радионавигацией ледокольный флот и одновременно постепенного отказа от использования радиомаяков.

Вместе с гидрографическими исследованиями развивалась сеть береговых предостерегательных знаков различного назначения. Строятся капитальные маяки на островах Вилькицкого (1958 год), Большой Медвежий (1965 год) и Белуха (1967 год). В семидесятые годы началось внедрение на ледовом промере радионавигационных систем. Эти работы вели гидрографы Диксонской гидробазы В.И. Григорьев, М.С. Пирятинский, М.Е. Бекжанов, В.С. Зибарев и С.Н. Верещагин.

Изменяются источники питания. На наиболее важных объектах навигационного оборудования трассы Севморпути, обслуживаемой Диксонской гидробазой, устанавливаются радиоизотопные генераторы с многолетним ресурсом.

Много сил, знаний и энергии для внедрения новой техники приложили радиоинженеры М.С. Пирятинский, В.С. Калабин, В.И. Радыгин и А.Е. Ефимов.

Необходимо сказать и ещё об одной задаче, которую пришлось с начала 80-х годов решать полярным гидрографам. Хрупкая природа Арктики особенно уязвима и нуждается в защите.

После природоохранительных государственных постановлений были приняты меры по улучшению экологии на Крайнем Севере и в Арктике.

Не остался в стороне от этой важной области работы и Диксон. В составе гидробазы появилась служба, которая совместно с другими природоохранными органами осуществляла экологический контроль за природой полярных вод и суши. Инспекторы этой службы по установленному графику с воздуха осматривали трассу Северного морского пути, а также акватории портов.

С самого начала новую службу на гидробазе Диксона возглавил ведущий инженер М.Е. Бежанов, вместе с которым трудились В.А. Гамбургер, Г.М. Доронин, С.А. Линенко и В.Г. Лубнин.

Имена некоторых диксонских гидрографов остались на географической карте: так, именем Георгия Степановича Крутова (1906–1964), ведавшего навигационным ограждением Енисейского залива и скончавшегося на Диксоне во время обработки полевых материалов, названы мыс и знак на острове Сибирякова. Знаку на самом острове Диксон было присвоено имя гидрографа Николая Максимовича Алеева (1922–1992), проработавшего на гидробазе свыше шести лет, а затем возглавившего Колымскую гидробазу.

В память об Игоре Сергеевиче Ловцове (1918–1947), трагически погибшем в Карском море, по предложению В.А. Троицкого был назван диксонскими гидрографами остров восточнее острова Тыртова в архипелаге Норденшельда. Осенью 1947 года Ловцов с двумя товарищами вышел с острова Сибирякова на Диксон. Во время

шторма шлюпка пропала без вести. Останки погибших были обнаружены на следующий год в одной из бухт острова, где они и были захоронены.

Воздали должное гидрографы и памяти своих далёких предшественников – промышленников, землепроходцев и мореходов: «мангазейского посадника» Трофима Юдина; жителя Туруханска Фёдора Попова, участвовавшего в походах штурмана Дмитрия Стерлегова; промышленника Федота Тобольского, открывшего в районе реки Пясины в 1720 году промысел. Их имена теперь носят острова, расположенные в дельте этой реки.

Есть у полярников и награда – звание «Почётный полярник». На Диксонской гидробазе этой награды удостоились около 20 человек.

Авиация Диксона

Первое практическое применение авиации в Карском море произошло в 1924 году. Гидрографическое судно «Юшар» доставило гидросамолёт «Дорнье-Валль» на полярную станцию Югорский Шар и топливо к нему. Впоследствии топливо было доставлено на Диксон и мыс Каменный. Самолёт пилотировал лётчик Борис Григорьевич Чухновский.

Первое применение самолёта связано с ледовой авиаразведкой в интересах Карской товарообменной экспедиции и гидрографическими исследованиями. Всего было выполнено 12 полётов.

В 1925 году в созданный авиаотряд поступили два самолёта «Ю-20». Самолёты носили собственные имена «Комсевморпуть № …». По выходу из строя машины имя передавалось новой машине нередко другого типа87.

До 1929 года отряд базировался на полярной станции Маточкин Шар. В 1929 году отряд перебазировался на Диксон, и одновременно создаётся авиаотряд в Амдерме.

В этом же году Борис Чухновский во время перелёта от полярной станции Югорский Шар на Диксон на двухмоторном гидросамолёте «Дорнье-Валль» совершил вынужденную посадку в открытом море. Аварийный самолёт был подобран советским лесовозом из Карской экспедиции и доставлен на Диксон, где ему был сделан необходимый ремонт.

С 1930 года ледовая авиаразведка покрывает всё Карское море до мыса Челюскин. В 1929 году на Диксоне впервые выполняется ремонт самолёта (замена двигателя). Самолёты пилотировали летчики Б.Г. Чухновский, А.Д. Алексеев, И.К. Иванов.

С 1934 года отряд становится круглогодичным. Летом самолёты взлетают с воды, а зимой становятся на лыжи и взлетают со льда. Зимой на Диксоне постоянно находится один самолёт с задачей обслуживания полярных станций и зимующих судов. Второй самолёт выполняет регулярные авиарейсы по маршруту Диксон – Красноярск. Третий самолёт находится в ремонте на Красноярской гидроавиабазе. За зиму проходили ремонт все три самолёта88. В годы Великой Отечественной войны на Диксоне базируется 44-й гидроавиаполк на самолётах «Каталина» и ГСТ.

В связи с началом эксплуатации самолётов АН-8 и ИЛ-14 принимается решение на строительство сети береговых аэродромов. Строится береговой аэродром на острове

Диксон. В 1959 году все службы аэродрома работали в штатном режиме. С развёртыванием в 1960 году воздушных аэроэкспедиций «Север» и «СП» на Диксоне с февраля по июнь функционирует ледовый аэродром, способный принимать самолёты АН-12 и ИЛ-18.

В 1962 году полярный лётчик Илья Павлович Мазурук впервые сажает на береговой аэродром Диксон самолёт ИЛ-12 и взлетает с него. Однако другие экипажи выполнить такую задачу были не в состоянии. Одновременно выясняется, что взлётно-посадочная полоса на Диксоне находится в зоне фронтальных туманов и местных ветров.

В 1963 году принимается решение о строительстве нового аэродрома на береговой части в районе верховья реки Юрская (река Чертова) на Юрском плато. Техника на строительство нового аэродрома поступила только в 1965 году. В связи с ташкентским землетрясением в 1966 году силы строителей были срочно переброшены туда. Строительство нового аэродрома так и не началось. Диксонский аэродром продолжал обслуживать экспедиции с ледового аэродрома, одновременно ведя реконструкцию береговой полосы на острове, которая началась в 1973 году. Взлётно-посадочная полоса (ВПП) выполнялась из сборных железобетонных аэродромных плит ПАГ-14 по гравийному основанию. Плиты изготавливались в Дивногорске Красноярского края и доставлялись на Диксон по Енисею. Через три года, в 1976-м, СМУ «Диксонстрой» завершил реконструкцию ВПП длиной 1400 метров, что позволило принимать самолёты ЯК-40, АН-24, АН-26. Зимой 1978 года Диксонский береговой аэродром принял технический рейс на самолёте АН-12, в результате которого был подписан акт о возможности приёма Диксоном самолётов АН-12 в зимнее время. В сентябре 1970 года Полярное управление гражданской авиации (ПУГА) реорганизуется и аэропорт Диксон передаётся в Красноярское управление ГА (КУГА). В 1972 году аэропорт Диксон становится базовым. В его состав вошли ещё три приписанных аэропорта: «Нагурская» на Земле Франца Иосифа, «Средний» на острове Средний архипелага Северная Земля и «Челюскин» на мысе Челюскин.

Приказом по Красноярскому управлению ГА в 1980 году аэропорт Диксон реорганизуется в Диксонскую объединённую авиаэскадрилью на базе вертолётов МИ-8. Командиром ее назначается Б.З. Ковченков.

В настоящее время сухопутный аэродром Диксон используется круглый год, принимая самолёты ЯК-40, АН-24, АН-26 и вертолёты. Регулярными рейсами Диксон связан с Норильском (аэропорт Алыкель). Современное его состояние позволяет принимать самолёты среднего класса. Возглавляет аэропорт Диксон В.Д. Луганский.

Share and Enjoy:
  • Print
  • Digg
  • StumbleUpon
  • del.icio.us
  • Facebook
  • Yahoo! Buzz
  • Twitter
  • Google Bookmarks
Запись опубликована в рубрике История. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *