День бабьего лета – 24

Антон брел домой. Был третий час, а ничего он не успел, не приобрел в дорогу. Он шел арбатскими переулками вдоль старых домов.
Они стояли здесь давно, и каждый имел свое лицо.
По вечерам сквозь окна были видны картины в дорогих рамах, иногда иконы, лепка на потолках, голландские изразцовые печи, старинная темная мебель и книги, книги, кожаные переплеты, золотое тиснение.
В последние годы в тихих переулках неслышно, неприметно появились высокие дома, втиснулись, стали вкрадчиво среди старых особняков. И так же неприметно исчезали давние дома, а вокруг новых появлялись зеленые газоны и стоянки машин. На газонах в одну ночь возникали молодые березки и голубые ели.
На одном углу продавали котлеты. «Особые»,— прочитал Антон на ярлыке. На ходу взглянул, не нашел ничего особого.
Антон вошел в знакомый проходной двор, не торопился: времени вдоволь. Во дворе было безлюдно. Он сел на скамейку. За деревянными флигелями поднимались кирпичные дома. Теперь трудно было сказать, где кончается один двор и начинается другой.
Когда-то каждый двор был вся жизнь и целый мир, в котором росли, пока не уходили в улицы.
Теперь в улицы уходили рано, минуя дворы, и дворы захирели, сникли. Случайные люди, сокращая дорогу, проходили по ним из одного переулка в другой.
Он шел, рассматривая знакомые всю жизнь места. Он не думал о них прежде, не замечал, а расставаться — открылись глаза. Его остановил непривычный в городе шамкающий деревенский голос:
— Сынок, где ж тут третий корпус?
Среди домов потерянно озиралась старуха в платке, плюшевом жакете, длинной темной юбке и мальчиковых ботинках. На земле стоял деревянный чемодан с висячим замочком.
Антон остановился, повертел головой, поскучал, сказал неопределенно:
— Вот, наверное…— и побрел дальше.
Еще недавно в субботних электричках, вырываясь из города на волю, весело тешились, шамкая под таких старух: «Чтой-то ейный свекор животом ослаб, мается, кажный секунд до ветру бегат…» — резвились.
Он прошел несколько шагов и обернулся. Старуха, надрываясь, волокла чемодан. Край ударял ей по коте. Она поставила чемодан, ладонью вытерла с лица пот, и, переведя дух, вцепилась в него двумя руками, и натужно потащила дальше. Антон догнал ее.
— Бабушка, погодите, сейчас точно узнаем.
Она поставила чемодан. Антон отыскал среди домов третий корпус, вернулся, взял чемодан.
— Я помогу…

Журнал «Юность» № 8 август 1972 г.

Оптимизация статьи — промышленный портал Мурманской области

Share and Enjoy:
  • StumbleUpon
  • Facebook
  • Yahoo! Buzz
  • Twitter
  • Google Bookmarks
  • MySpace

Запись опубликована в рубрике День бабьего лета, Литература. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

17 + 17 =