Падение Шуреи 3-4

3
Два дня назад командир роты Черкалов собрался в штаб батальона, располагавшийся за двенадцать километров в деревне Ушковичи. Дорога туда шла почти все время лесом, немцы и власовцы передвигались по ней только большими группами. Черкалов взял с собой конвой из восемнадцати человек, в том числе и Шурчика. Разместились на пяти подводах и поехали.
Километрах в пяти от Шуреи, немного не доехав до леса, почему-то свернули в поле. В низине между двух холмов расположили подводы полукругом. Во все стороны Черкалов выдвинул наблюдателей, остальным приказал сесть на телеги.
— Ну вот,— сказал он, остановившись перед ними и сунув руки в карманы шинели.— Полгода мы действовали по цепочке, зная только соседа. Пришла пора собраться всем вместе, чтобы, если придется драться, не перестрелять друг друга.
Вот тут-то и выяснилось для Шурчика, да и для многих других, что взял он с собой всех членов подпольной организации, которая действовала в роте под его руководством.
— Штаб организации решил сдать Шурею партизанам,— объявил он. Под густыми усами Черкалова мелькнула улыбка, и его замкнутое, угрюмое лицо как бы высветлилось изнутри, стало открытым и понятным.— Сейчас как раз благоприятный момент: бригада ушла вперед, ближайший ее гарнизон — в двенадцати километрах. Семьи при нас. А через несколько дней будет поздно: получен приказ отправлять семьи дальше. Как только отправим, будет и нам приказ следовать за ними. Опять мы окажемся в кандалах.

4
И вот нынче ночью…— продолжал Шурчик. Сенька Курятников, тщедушный рыжий мужичок из добровольцев, клевал носом. Перед ним на тумбочке смутно мерцала керосиновая лампа.
— Это мы, конечно, упустили,— прерывая рассказ, сказал Шурчик с гордостью человека, причастного к важным событиям.— Дневалить в этот час должен был наш человек.
«Мы,— усмехнулся Велик.— Как будто это он назначал дневальных… Ну, а что? Любой бы на его месте говорил «мы». Вот я тоже сейчас имею это право, потому что участвую в общем деле…»
Командир роты тряхнул дневального за плечо. Курятников вскочил и, сонно моргая, начал скрести в голове.
— Немедленно поднять Бакшина и Гудилова! Сенька тряхнул рыжей шевелюрой, окончательно освобождаясь от дремоты, и полюбопытствовал:
— Куда это их?
— Задание,— сквозь зубы процедил Черкалов.— Прошу побыстрее.
На нарах в разных местах послышался шорох, шепот, в проходе замаячили фигуры: члены подпольной организации не ждали, когда их придут будить. Они молча проходили к пирамидам, брали винтовки, щелкали затворами и шли к Черкалову. Несколько человек остались у пирамид.
— Почему оружие грязное? — строго спросил ротный у подошедшего дневального.
— Где? — удивился Курятников.— Вечером чистил.
— А это что? — Черкалов сунул ему под нос винтовку.— Бакшин, отведите его на гауптвахту.
Андрей рывком выдернул у Курятникова оружне.
— Следуй вперед!— скомандовал он и подтолкнул в спину недоумевающего дневального.
Едва за ними закрылась дверь, Черкалов кивнул Сеньке Маленькому, и тот рявкнул:
— Р-рота, подъе-ем!
На нарах зашевелилось, закряхтело, зачесалось. Послышался мат и недовольные восклицания.
Власовцы, позевывая, слезали с нар, толпились в проходе.
— В две шеренги — становись! — скомандовал ротный.
Молча построились. Вооруженные заняли заранее определенные позиции в проходе.
Черкалов прошелся вдоль строя, остановился посредине, снял пилотку, набрал полную грудь воздуха и вдруг совсем тихо, чуть слышно сказал:
— Товарищи…
Рота вздрогнула и качнулась вперед. Наступила мертвая тишина.
— Нас взяли насильно,— негромко продолжал Черкалов.— Но раз мы воюем за немца — мы предатели. Пришла пора снять с себя этот позор. Мы русские, наша Родина — Россия, а Россия — советская страна, и никакой другой нет и не будет.
— Ну, ну, господин старший лейтенант, полегче на поворотах! — раздался за спиной насмешливый голос.
…— Знаешь, Велик, я еще никогда в жизни не видел, чтоб человек мог так побелеть. Читал, слышал: белее снега, белее муки. Но это что! Черкалов стал белее смерти. Как будто в один момент — раз! — и умер. И было от чего. Почему Никанор здесь? Ведь с вечера ушел к любовнице. Когда вернулся? Как? Почему часовой пустил?.. Это был еще один наш просчет и…
— Ишь, хитрец какой,— продолжал Никанор, приближаясь к Черкалову.— А меня, значит, под колеса? Не выйдет, дорогой! Руки вверх!
Какая-то непонятная сила бросила Шурчика вперед. Он прыгнул к Никанору и рубанул его прикладом по руке. Пистолет со звоном ударился о пол.
— Изме-ена! — зарычал Никанор.— Хватай оружие!
Несколько добровольцев бросились к пирамидам. Грохнули торопливые выстрелы, вжикнула заблудившаяся пуля, и все смолкло.
— Кто хочет искупить свою вину, отходи налево!— сказал Черкалов.— Учтите: получен приказ начать отправку ваших семей из Шуреи.
Люди зашевелились, непонятно загудели. Шурчика всего трясло. Тыча стволом винтовки в лицо Никанора, он выкрикивал:
— Гад, гад, зверь! Ерохиных всю семью… и ребятишек… и стариков… сам… из пистолета… на моих глазах… и нас хотел… Зверь! Гад!
Его пронзительные выкрики были нестерпимы.
— Это называется Новая Россия, так ее растак!— злобно крикнул Костик Сухов, двоюродный брат того Ерохина, чью семью расстрелял Никанор, и шагнул к Пашину.
Строй сломался.

Журнал «Юность» № 6 июнь 1981 г.

Оптимизация статьи — промышленный портал Мурманской области

Share and Enjoy:
  • StumbleUpon
  • Facebook
  • Yahoo! Buzz
  • Twitter
  • Google Bookmarks
  • MySpace

Запись опубликована в рубрике Здесь твой окоп, Литература. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

14 − один =